Скандалы в запорожской филармонии: с нарушениями, увольнениями и надувным членом на сцене

Поделитесь этим в соц. сетях:

Запорожская областная филармония переживает сегодня не самые лучшие времена. И дело не только в коронавирусе, парализовавшем индустрию развлечений, но и во внутренних склоках, охвативших запорожский очаг культуры в последние месяцы.

Последний из скандалов связан с увольнением художественного руководителя филармонии Ольги Беженарь, основательницы ансамбля бандуристок «Божена». Сама Ольга в интервью журналистам раскритиковала руководство культурного заведения за «разбрасывание ценными кадрами» и все бОльший переход на коммерческие рельсы.

Директора филармонии – Ирину Конареву – даже могут уволить. По крайней мере, проект соответствующего решения уже находится на сайте запорожского областного совета. Основная причина потенциального увольнения – финансовые недочеты. Например, во время покупки гастрольного автобуса за семь миллионов филармония заплатила 800 тысяч страхового взноса – хотя эти затраты должен был нести поставщик автобуса. Также аудиторы попрекают директрису выплатой «лишней» зарплаты на два миллиона гривен и некоторыми другими грешками поменьше.

Одновременно в соцсети Фейсбук распространяются фотографии камерного зала с «мокрыми» пятнами на потолке. А «доброжелатели» пишут о неработающей пожарной сигнализации.

Чтобы прояснить ситуацию, а заодно выяснить планы Запорожской филармонии в это непростое для всех время, журналист «Гвоздей» договорился о встрече с заместителем директора этого заведения Светланой Ивко. Иногда к разговору подключалась еще одна замдиректора – Татьяна Тилис.

Разговор получился конструктивным, но неполным. Так, после вопросов о размолвках с Ольгой Беженарь, заместительницы предлагали поговорить с руководством творческих коллективов, после упоминания технических недочетов предлагали встретиться с «завхозом». Но когда я заговорил о финансовых нарушениях, с главбухом или финансистом филармонии мне встретиться не предложили, закрыв тему словами «это не моя компетенция».

Без школьников и трудовых коллективов

– Сначала давайте коснемся ситуации с карантином. Расскажите, пожалуйста, каким образом филармония переживает эти тяжкие времена – и особо тяжкие для индустрии развлечений? Чем зарабатываете, на что надеетесь, как будете Новый год проводить?

– Мы продолжаем  свою работу, но с выполнением всех «карантинных условий». У нас сейчас максимальная наполняемость зала установлена на уровне пятидесяти процентов – как у большого зала, так и у камерного. К сожалению, количество зрителей у нас уменьшилось, как и количество мероприятий. За 2020 год было проведено более 150 мероприятий, на которых обслужено больше двадцати тысяч зрителей. Это почти вполовину меньше, чем в прошлом году. Когда начался карантин, мы частично перешли на дистанционную работу…

– А как это возможно – дистанционная работа в филармонии?

– Я же сказала – частично. Некоторые службы частично работали, некоторые были на простое, некоторые работали дистанционно – иногда так даже репетиции проводили, выставляя их моменты на страницу филармонии в Фейсбук.

– Вы считаете это эффективным?

– Ситуация (с пандемией) была неожиданной для всех. Мы находили новые методы, новые формы работы. Артисты, чтобы не потерять формы, находили другие методы работы. Ведь было неизвестно, сколько все это продлится. Даже наши хореографы дома проводили «тренажи». И, когда карантинные меры были послаблены, все вышли работать в хорошей форме.

Но раньше у нас, например, велась активная работа со школами, было много коллективных посещений. Сегодня к нам не могут организованно привозить детей, только если родитель приходит с ребенком.

Несмотря на карантин, в филармонии готовятся к празднованию Нового года

– То есть, посещения филармонии упали не потому, что можно только половину зала заполнять, а потому, что коллективные посещения «отпали»?

– Да. Например, в прошлые годы на новогодние праздники много партнеров брали коллективные заявки на посещение мероприятий – как детских, так и взрослых. В этом году даже профсоюзы предприятий коллективные заявки не делают.

– В этом году наверняка будет еще меньше посещений. Если ли у вас компенсаторы этих финансовых потерь? Может, облсовет подкинет дополнительно денег?

–  (отрицательно качает головой)

– Тогда за счет чего вы будете выживать в эти тяжкие времена?

– Мы являемся бюджетной организацией. То есть, заработная плата у нас – статья «защищенная». А доходная часть у нас, конечно, уменьшилась. Но выкручиваемся пока, экономим.

– По чему ударило в первую очередь сокращение доходов филармонии?

– За счет доходной части мы поддерживаем материально-техническую базу: приобретаем костюмы, музыкальные инструменты. В этом году всё (подобное) делаем по-минимуму, приобретаем только самое необходимое – лампочки, (запчасти) чтобы техника работала.

– То есть, вы сейчас просто поддерживаете всё в рабочем состоянии, а на развитие денег нет.

– Пока что – увы. На данный момент выкручиваемся тем, что у нас есть. Очень пострадала гастрольная деятельность. Тема нового автобуса ведь будет затронута?

– Обязательно.

– Мы очень рады, что у нас появился автобус. Мы выезжали, у нас были планы, договоренности – например, об «обменных концертах» между филармониями (когда коллективы из разных областей гастролируют по другим территориям). Например, сорвались планы по такому «обмену» с Полтавой, Кропивницким…

– Как же вы строите планы на будущее, если нет гарантий их реализации? И что это за планы?

– Мы все надеемся, что карантин закончится. Поэтому после лета мы готовили премьеры программ – и детских, и взрослых.

– Что вы на следующий год планируете?

– У нас концертный сезон длится с сентября по июнь.

– Как в футболе…

– Поэтому сейчас Новый год пройдет, и мы будем составлять планы дальше.

Из-за карантина зрителей в залах филармонии усаживают через одного, в шахматном порядке. Пустующие кресла “огораживают” лентой

Ни слова о деньгах

– Давайте перейдем к не очень приятной тематике. В проекте распоряжения об увольнении директрисы филармонии Ирины Конаревой, который сейчас опубликован на сайте областного совета, как одна из причин возможного увольнения указан как раз этот новый автобус. Вернее, не сам автобус, а уплата филармонией 800 тысяч гривен страхового сбора – хотя оплачивать это должен был поставщик техники. Вы можете прокомментировать эту претензию?

– Здесь – без комментариев, этот вопрос не в моей компетенции.

– А как вы в целом относитесь к этому проекту решения (по поводу отставки госпожи Конаревой)? Кто, по-вашему, его инициатор? Не мешает ли планировать дальнейшие мероприятия филармонии то, что её руководитель находится в «подвешенном состоянии»?

– Для нас этот проект решения был неожиданным и неприятным. Странно, кстати, что появился он как раз накануне вступления «в силу» новой каденции областного совета. Тот же автобус – он не вчера куплен.

– Кроме автобуса, в проекте есть еще претензии – насчет выплаты «лишней зарплаты» (на два миллиона). Я так понимаю, что этот аспект вы тоже оставите без комментариев?

– Это (в проекте решения) были результаты аудиторской проверки, которые еще отрабатываются. В проекте решения также сказано, что со стороны руководителя филармонии не предпринимаются никакие действия по исправлению ситуации. Хотя многие перечисленные (в проекте) нарушения начали исправляться еще в процессе проверки.  С другими нарушениями мы не совсем согласны, там есть возражения. Это всё еще в работе, вопросом занимаются юристы, финансисты.

– Вы знаете, откуда у таких проектов «ноги растут»? Может, есть в филармонии какие-то склоки, дрязги?

– Какие склоки?

– А кто ж вам тогда так насолил? Или «оно само появилось»?

– Это, наверное, уже больше вопрос к областному совету, почему данный проект возник.

– Вы в целом удовлетворены работой нынешнего руководителя?

– Мы – весь коллектив – удовлетворены работой руководителя. За три года работы Ирины Конаревой появилось много творческих проектов, во многих из которых она была инициатором. Она всегда поддерживает (хорошие начинания). Материально-техническое состояние как филармонии, так и творческих коллективов, намного улучшилось.

– Видимо, не у всех творческих коллективов «состояние улучшилось». Я читал, что у ваших бандуристок что-то ухудшилось…

– Улучшилось! До прихода Ирины Конаревой этого коллектива (ансамбль бандуристок «Божена») не было. А для того, чтобы создать коллектив, нужно убедить (областное начальство), чтобы нам дали штатные единицы. За пять лет им пошито четыре комплекта костюмов, сделаны подставки под бандуры. Концертная деятельность ансамбля велась так же активно, как и других коллективов. Все было хорошо.

– Что ж плохо-то стало?

– Мы не продлили контракт с руководителем коллектив (Ольгой Беженарь). И это не единичный случай – некоторым другим артистам тоже не продлен контракт.

– В связи с чем это произошло?

– С некоторыми артистами попрощались в силу их возраста – со временем у тех же вокалистов голосовой аппарат теряет форму.

– А с чем было связано увольнение Ольги Беженарь?

– По Беженарь директором было принято решение расторгнуть контракт и как с художественным руководителем филармонии, и как с руководителем ансамбля бандуристок. На протяжении года возникали разные ситуации…

– Можно пример «ситуаций»?

– Художественный руководитель филармонии должен заниматься деятельностью всех творческих коллективов учреждения. Было к директору обращение руководителей двух больших коллективов, – симфонического оркестра и ансамбля «Запорожцы» – которые изъявили желание напрямую работать с генеральным директором по решению творческих вопросов. Они не находили общий язык с художественным руководителем филармонии.

– Я правильно понимаю, что у данных руководителей были претензии, что худрук с ними не работает – или недостаточно работает? Просто хочется услышать более конкретную причину увольнения. Ведь «обращения трудовых коллективов» в поддержку гендиректора – мы ж знаем, как они иногда делаются…

– Лучше, чтобы вы с ними лично поговорили, я вам только в общих чертах сказала.

Стендап с «достоинством»

– Прочитал в интервью Ольги Беженарь, что на сцену филармонии по милости руководства чуть не водрузили, пардон, надувной фаллос…

– Есть такая форма (выступлений) – «стендап». Она что, запрещена в мире, в Украине?

– Это вроде «Камеди клаб», да?

– Да. Почему мы должны были это запретить? Что здесь комментировать?

– Символизм комментировать. То есть, как сочетается филармония – очаг культуры – и надувной фаллос?

– Во-первых, они (гастролеры) нам заранее не показывают, что у них будет на сцене. Во-вторых, на этом спектакле стояла плашка «18+», поэтому в зале находили люди взрослые. Это формат мероприятия такой, там был определенный зритель. И что мы должны были делать (с фаллосом)? Броситься на сцену, составить акт (о нарушении)?

– То есть, проблем в подобном никаких нет?

– Конечно. Но, видно, кому-то надо было (раздуть ситуацию). Например, человеку, которого не признал коллектив. Хотя для нас самих это было неожиданностью – мы ж заранее программы (гастролеров) не принимаем. Уже нет комиссий, решающих: это допускаем (на сцену), этого не допускаем.

Бесконечная реконструкция

– Перейдем к состоянию здания. А именно – к пожарной сигнализации. Которая, говорят, не работает. А еще якобы крыша протекает…

– Крышу мы покажем.

– А пожарная сигнализация – она работает?

– Работает. Но со звуковым сигналом там что-то… Смотрите, наше здание до сих пор находится в состоянии реконструкции (с 2008 года).

– Уже восемь лет (на самом деле – двенадцать)!

– Но это идет финансирование бюджетное, мы к нему не имеем слава Богу, никакого отношения. Как только поступают деньги, к нам приходят из УКСа (управление капитального строительства) обладминистрации и делают определенный объем работ. По пожарной сигнализации – старая система у нас работает. Можем пройтись, показать шланги, пригласить главного инженера для детального рассказа.

– Что со звуковым сигналом?

– Нынешняя система сигнализации – в процессе реконструкции. Но к нам (руководству филармонии) это отношения не имеет.

– Как пожарные к такому состоянию сигнализации относятся? Без претензий?

– Пока без претензий. Может, вы сейчас напишите, пожарные придут )

– По протекающему потолку…

– Ремонт камерного зала был сделан в 2006 году. Новой реконструкции там не проводили. Просто включили систему отопления, а она немного протекает. Вот вода пропитала потолок, а потом (на нем) выступила. Источник протекания мы устранили, но ремонт потолка так срочно не сделаешь. Там сейчас постоянно проводятся мероприятия – в том числе, концерты классической музыки, с аншлагами. Претензий никто не высказывал.   

Потолок в камерном зале весь в потёках. Но серьезных разрушений не видно

P.S. На следующий день после моего посещения филармонии запорожская журналистка Екатерина Майборода написала, что с ее фронтона отвалился кусок лепнины. Видимо, реконструкция здания таки действительно не завершена…

Упавшие с фронтона филармонии куски лепнины обведены красным.
Фото Екатерины Майбороды

ЕЩЕ ПО ТЕМЕ:

В Запорожской области прекратили работу общественные экоинспекторы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *